Психолог Александр Лебедев

Нарцисс - О психологах

О психологах психологам и непсихологам

Эту книгу можно открыть и читать

&nbsp

&nbsp

&nbsp

&nbsp

   Нарцисс
Не буду вспоминать древнегреческий миф, он всем надоел, да и не о том. Нарциссизм в психологическом понимании имеет в виду нарциссическое расстройство личности, имеющее вполне чёткие диагностические признаки. Но, как и депрессия зачастую обозначает всего лишь дурное настроение, а дефиниция «идиот» гиперболично указывает максимум на лёгкую дебильность, так и нарциссизм в обиходе указывает не на расстройство, а на некие черты личности, которые считаются… нехорошими.
Для начала всё же сунемся в DSM (в МКБ такого нет), и посмотрим, что же имеется в виду. В общем, это примерно то, что в среде интеллигентов конца прошлого века называлось «манечка», то есть «мания величия», гиперболизированно опять же. Мания — это всё же мания, психиатрия.

Согласно классификации Американской психиатрической ассоциации DSM-IV (англ. Diagnostic and Statistical Manual for Mental Disorders), данное расстройство, кроме соответствия общим критериям расстройства личности, проявляется всеобъемлющей напыщенностью (в фантазиях и поведении), потребностью в восторженном отношении и недостатком эмпатии, что можно заметить начиная с позднего отрочества в различном контексте по пяти или более из следующих признаков:

1. Грандиозное самомнение.
2. Поглощённость фантазиями о неограниченном успехе, власти, великолепии, красоте или идеальной любви.
3. Вера в свою «исключительность», вера в то, что должен дружить и может быть понят лишь себе подобными «исключительными» или занимающими высокое положение людьми.
4. Нуждается в чрезмерном восхвалении.
5. Ощущает, что имеет какие-то особые права.
6. Использует других для достижения собственных целей.
7. Не умеет сочувствовать.
8. Часто завидует другим и верит, что другие завидуют ему.
9. Демонстрирует высокомерное, надменное поведение или отношение.

Теперь самое время разобраться, откуда ноги растут. В смысле, почему такое может формироваться.
Фрейд считал, что в какой-то мере нарциссизм входит в нормальную структуру личности. Я бы не стал спорить, так как и сам неоднократно писал: стремление занять ступеньку повыше в иерархии, оценить себя получше и показаться с лучшей стороны другим — все эти интенции заложены в структуру социальных инстинктов.
А поскольку у разных людей разные инстинкты в разной степени актуализированы, то естественно, что у кого-то на первом месте оказывается форсирование своего превосходства.
Но сфокусируемся на признаках из DSM и поймём, что они чётко делятся на три группы:

а) вера в своё превосходство;
б) зависимость от внешних оценок;
в) эмоциональная тупость.

Начнём с первой группы. Нормальному человеку важно понимать своё (достаточно высокое для него) место на иерархической лестнице, хотя бы в пределах своей референтной группы и по доступным критериям. Способы умеренно честным образом гордиться собой я описал в главе «Хвастливость» книги «Психология тёмной стороны силы»:

Крэйг провёл серию опытов с самцами горлицы, в которой он отбирал у них самок на ступенчато возрастающие промежутки времени и экспериментально устанавливал, какой объект способен вызвать токование самца. Через несколько дней после исчезно­вения самки своего вида самец горлицы был готов ухаживать за белой домашней голуб­кой, которую он перед тем полностью игно­рировал. ещё через несколько дней он пошёл дальше и стал исполнять свои поклоны и воркованье перед чучелом голубя, ещё поз­же — перед смотанной в узел тряпкой; и на­конец — через несколько недель одиноче­ства — стал адресовать своё токование в пу­стой угол клетки, где пересечение рёбер ящика создавало хоть какую-то оптическую точку, способную задержать его взгляд. В переводе на язык физиологии эти наблюде­ния означают, что при длительном невыпол­нении какого-либо инстинктивного дей­ствия — в описанном случае, токова­ния — порог раздражения снижается. Это яв­ление настолько распространено и законо­мерно, что народная мудрость уже давно с ним освоилась и облекла в простую форму поговорки: «При нужде черт муху слопает»; Гете выразил ту же закономерность словами Мефистофеля: «С отравой в жилах, ты Елену в любой увидишь непременно». 
 Так оно и есть! А если ты голубь — то в конце концов увидишь её и в старой пыль­ной тряпке, и даже в пустом углу собствен­ной тюрьмы.

К.Лоренц «Агрессия»

Поэтому чем меньше у человека достижений, тем меньшим он склонен гордиться. Хорошо, когда можно гордиться всемирной славой, дипломами и медалями, грамотами и премиями, показывающими общественное признание, растиражированными по всему миру результатами своего труда, письмами поклонников и почтением правителей. Но, если это­го нет, сойдёт и городская слава, а нет и её — что ж, слава в рамках сообщества любителей экстремаль­ных шахмат — тоже неплохо. Нет миллионных тира­жей — довольно и списка публикаций, или концер­тов, или выставок. Иной раз и вежливые аплодис­менты равнодушного зала — и то радуют. Не уда­лось и этого? Не беда, есть ещё «домашняя голуб­ка» — уважение друзей за то, как хорошо ты водишь машину, или как классно готовишь шашлык, или хотя бы как рассказываешь анекдоты. Нет «голуб­ки» — остаётся «старая тряпка»: ты в профиль по­хож на Наполеона; ты на последние деньги купил последний айфон; ты, в конце концов, можешь вы­пить аномальное количество водки; ты вырос до огромных размеров, или побывал на Кубе. всё сго­дится. В самом отчаянном случае можно гордиться даже принадлежностью к любому народу или кон­фессиональной подчинённостью (эта позиция тоже активно поддерживается извне). 

И, раз уж ум человеческий позволяет себе так легко себя же обманывать, то было бы странно, если бы в каких-то случаях обман не происходил бы на совершенно пустом месте. Мы, конечно, хотели бы, чтобы человек оценивал себя по заслугам, согласно логике и справедливости. Но логика свойственна не всем. Вместо неё часто используется вера, которая может быть слепа и не требовать вообще никаких для себя подтверждений. Люди ухитряются верить аж в бога; так что же, они спасуют перед верой в собственную исключительность? А уж по части беспочвенных иллюзий человечество даст сто очков вперёд любому другому созданию природы.
Особенно сильно человек нуждается в таких иллюзиях в молодости, когда ничего особенного из себя не представляет за сопливостью и необразованностью. Именно в этом возрасте юноши и девушки ищут приметы своей уникальности в прошлых жизнях, в сходстве с великими людьми, в кажущихся силе и тонкости чувств… И, если позже не находят более реальные поводы к гордости во всамделишней жизни, то, случается, так и остаются в иллюзиях.
Плюс ко всему, тайна разделения доброго к себе отношения и трезвого понимания своих возможностей, раскрытая мной в главе «Самооценка» из «Книги о тебе», так и остаётся тайной для большинства, и самомнение в результате оказывается единственной возможностью хорошо к себе относиться:

В первом смысле самооценка, как и самокритика, будет процессом и результатом разбора, анализа, принятия взвешенного решения относительно собственных свойств, качеств, параметров. Во втором – эмоциональное к ним отношение. Единственным критерием качества самооценки в первом случае будет адекватность. Во втором же самооценка будет характеризоваться «высотой», то есть главный критерий эмоциональной самооценки – насколько человек собой гордится, или, напротив, насколько он себя презирает. В обоих вариантах эмоциональной самооценки она продолжает иметь свойство или быть адекватной (выражаясь бытовым языком – заслуженной), или нет.

…

Понимаете, высокий балл по позитивным параметрам подразумевает эмоционально позитивное отношение, а по негативным – негативное. И наоборот, отсутсвие дурных качеств заставляет человека гордиться собой, а хороших – быть собой недовольным. Попытка же понижения эмоциональной самооценки со стороны вызывает внутреннее, а иногда и внешнее противодействие. Есть и законодательные нормы, защищающие самооценку, или, выражаясь юридическим языком, честь, достоинство и репутацию, а некоторые высказывания, призванные снизить чью-то самооценку, могут быть квалифицированы как преступление и наказаны законом. Оскорбление называется.
Таким образом, при формировании самооценки некая эмоциональная структура вступает в конфликт с обычным расчётом и здравым смыслом и заставляет человека переоценивать или недооценивать свои возможности, из чего следуют, напомню, ошибки планирования и неудачи, вплоть до несчастий. Это настолько нелепо и трагично, что было бы глупо не разобраться, почему так происходит, чтобы понять, что же с этим делать.
Об основе я уже писал, но повторюсь. Один из компонентов социального инстинкта – соревновательный. Проще всего стае выделить самого сильного лидера для руководства при помощи соревнования, стремление к которому должно быть заложено в каждой особи. Популяции, выбиравшие лидера по другому механизму, не выдержали конкуренции, поэтому иерархические компоненты стадного инстинкта оказались заложены глубоко в психику каждого стадного животного (каждого вида, но не каждой особи; отклонения от нормы есть всегда).

Думаете, для кого копирайтеры пишут тупенькие опросники «Только 11% взрослых могут пройти этот тест!»?
Таким образом, мы имеем первые три признака нарциссического расстройства.
Иллюзии, тем не менее, остаются иллюзиями, и человек оказывается в ситуации противоречия между собственной оценкой и получаемыми извне свидетельствами. Для избежания когнитивного диссонанса он изыскивает дополнительные средства запитываться одобрением и восхищением, иногда смешным и жалким образом, многократно высмеянным Ильфом с Петровым, Зощенко, Аверченко и другими.
Это даёт нам следующие три признака из списка.
И, конечно, чтобы не замечать реального отношения окружающих, которое могло бы сбить ему спесь, ему приходиться научиться игнорировать чужие эмоции. Отсюда низкая эмпатия, пункт №7 списка.
Тем не менее, несправедливость мира по отношению к такому замечательному ему, приводит к первой части пункта №8 — к зависти, а гиперкомпенсация этой части — ко второй половине, сиречь уверенности, что окружающие завидуют ему.
И, само собой, из веры в своё превосходство автоматически вытекает пункт №9 — высокомерие.
Итак, всё естественно и понятно. Непонятно только, откуда вдруг взялась мода на этот диагноз?
А взялась она из распространённости. Среди молодёжи симптоматика определяется аж в 10% выборки, и я уже написал, почему. К старости распространённость снижается до 3%, что, между прочим, тоже немало.
Способствует этому в том числе размытость критериев оценки и самооценки, произошедшая из смешения, конвергенции социальных слоёв.

Хорошо павианам — прикинул длину зубов, и всё понятно. А как быть человеку? Чем мериться? Ростом? Зубами? Толщиной бицепса? Шириной лба? Списком научных работ? Зарплатой? Автомобилем?
Да… Бедные человеки…
Спасает то, что общество не монолитно. Оно разделено на массу мелких стай, социальных групп, в которых ценятся совершенно разные вещи. Можно сказать, что универсальных ценностей нет. Не верите — можете попробовать подъехать на самой крутой тачке к воротам дзенского монастыря и посмотреть, какое впечатление вы произведёте на монахов.
Поэтому возникают парадоксальные ситуации, когда две особи… простите, два человека оценивают друг друга гораздо ниже, чем сами себя, и при этом оба оказываются правы.
Иллюстрация. Номер первый смотрит на хлюпика, неспособного даже подтянуться десяток раз, не то, чтобы пробежать с полной выкладкой пятёрочку… И пьёт воду, а не водку, будто и не мужик вовсе. Номер второй смотрит на бритоголовое убожество со лбом высотой в два пальца, неспособное связать два слова, не то, чтобы вспомнить пару шекспировских сонетов, пахнущее вчерашним ужином и позавчерашней тренировкой и сморкающееся на полтора метра в сторону…
Это крайний случай. Обычно различия не столь бросаются в глаза, но общее одно: человек старается оценивать себя (да и других) по самому сильному своему ресурсу.

«Не хуже других»

Несмотря на то, что народу в мире сейчас столько, что наверняка найдётся масса людей, превосходящих вас по любому параметру, а то и по всем вместе, всегда сыщется какая-нибудь мелочь, по которой вы всё же впереди и этого молодца тоже. А отсюда, слегка пожертвовав логикой, легко сделать вывод, что хоть чем-то вы превосходите любого.
Наличия этой возможности недостаточно для того, чтобы ей непременно воспользоваться. Требуется ещё какой-нибудь стимул, и он есть:

Конечно, обществу выгодно, чтобы человек (точнее, элемент толпы) считал, что он такой же как все, ничем не лучше, и относился к себе критически, пользуясь вбитыми в него при помощи пропагандистских элементов воспитания критериями. Тогда этим человеком просто управлять. «Вася не поделился с Петей, Вася плохой мальчик, Петя тоже имеет право, все люди равны...». Ещё примат общественного над личным, да. И, само собой, человеку, развившемуся достаточно, чтобы перед ним встал этот вопрос, бывает трудно осознать, что он вовсе не такой как все, а единственный для себя, самый близкий и дорогой.

«Книга о тебе»

Протест против этого несправедливого социального равенства в сложении с природным ощущением собственной уникальности, инстинктивным стремлением к превосходству и пренебрежением к правильному мышлению и даёт импульс к нарциссическому искажению. 
При некоторой снисходительности к аргументам можно даже допустить, что оно является защитной реакцией.

Теперь по терапии.
Я уверен, что вполне достаточно доказать, что любить себя можно (и нужно) независимо ни от каких своих свойств по отношению к другим. Я писал об этом в «Книге о тебе». Если это удаётся, то сравнение с другими с заданным результатом становится избыточным, излишним для позитивного отношения к себе, и само по себе рассыпается за отсутствием подачи энергии.

Теперь по нарциссической травме, тоже модному термину.
Мне он кажется во-первых, надуманным, во-вторых статистически необоснованным. Сами посчитайте, если нарциссов среднего возраста у нас должно быть, скажем, 5-7%, то скольких они могут в сумме травмировать, если не предполагать 100% предрасположенности? Полпроцента? А наблюдать мы сколько хотим? Не стыкуется как-то.
А вот ситуация, в которой социальное долженствование не встретило нарциссического протеста, выглядит гораздо интереснее. Я уже высказался и здесь, и в других статьях, что социальные требования к личности до крайности неконсистентны, пестры и противоречивы.

Есть общие для любой стаи нормы, поддерживающие связность и цельность стаи. Есть частные нормы, требующие обучения. Скажем, общая норма — «убивать своих нехорошо». И сразу возникает вопрос границы между своим и чужим. Между ближним, которого надо любить, и не ближним, которого любить не обязательно, а можно и нужно жечь на костре.
В природе этот вопрос решается довольно просто: свой — это такой, как ты. Чужой — похожий на тебя, но не такой, как ты (за подробностями отсылаю к замечательной книге Конрада Лоренца «Агрессия»). Критерии тоже просты: внешний вид, запах, готовность подчиниться общему лидеру. В человеческом обществе всё сразу усложняется. Расизм всё ещё жив, и это естественно; ксенофобия, основанная на отличии поведения — тоже, хотя мы со всем этим боремся (а как же); критерий гражданства тоже работает. А в частностях начинаются трудности. Дядя хороший или плохой? Что можно делать по отношению к хорошему, а что — по отношению к плохому? Киска хорошая, её надо погладить. А муха плохая, её надо убить. Дядя в шляпе плохой, но его убивать не надо. А вот дядя в каске — тоже плохой, и его надо убить. Нет, в такой каске дядя уже хороший, и его тоже не надо. Вот этот дядя — свой, надо починить ему машину хорошо. А вот этот — не свой, хоть и похож, поэтому чиним только так, чтобы сломался не рядом. Шурин — свой, ему отрежем кусочек побольше и денег не возьмём. А этот дядя — чужой, мы с ним едва знакомы, поэтому наложим бяки и обсчитаем. Да, папа — свой, поэтому у него можно взять бутерброд. А этот дядя — чужой, у него бутерброд брать не надо.
В общем, всё очень, очень сложно, особенно для ребёнка. Особенно, когда есть великие идеалы и противоречащая им реальность. Да, надо защищать слабых. Нет, если чурки режут студентку — пройди мимо, и побыстрее, сделай вид, что не видишь. Да, надо быть честным. Нет, если никто не узнает — можно и украсть. Да, убивать нехорошо. Но за веру-то — святое дело!

«Как часто надо хвалить ребёнка»

Поэтому человек, что бы он ни сделал, непременно оказывается хоть в чем-нибудь да виноват. А если он по структуре своей личности чувствителен к негативной мотивации и внешней оценке, то он понятным образом постоянно оказывается готов к внешнему осуждению и постоянно находит причины для осуждения внутреннего.
И это полбеды. Вторая половина в том, что осуждения заслуживают не только естественные и необходимые поступки, но и те, которых от него требуют, а также те, которые одобряются по другим критериям. А знаете, что получится, если взять пса (а хоть бы и человека), и за одно и то же его то ругать, то хвалить? Или с одной стороны ругать, а с другой — хвалить? Кто сказал «Экспериментальный невроз по Павлову»? Правильно, так и есть. И было бы странно, если бы было иначе. И терапироваться оно должно не как травма, а именно как невроз. Мне так кажется.
Конечно, потенцироваться невроз может любыми подходящими отношениями, но следует различать причину и триггер, катализатор.
Закончу тем, что стремление к превосходству вовсе не обязательно ведёт к болезненным изменениям личности, и вполне может не компенсироваться, а утилизироваться. Об этом — в уже упомянутой книге «Психология тёмной стороны силы».

Описание и критика некоторых представлений о психологии и психологах, а также некоторых психологических и псевдопсихологических понятий.

 

Купить в магазине "Неформат"
Книга в твердой обложке за 10$ (порядка 600р)

Купить на Digiseller
Файл PDF за доллар

Комментарии

Нет комментариев.



Условия обработки персональных данных

Last modified: 2019-07-08, 08:28