Психолог Иоганн Сваммердам

Об истории и политике


С детства мне был непонятен предмет «история». Читаю учебник, и никак не могу собрать разрозненные сведения в систему. Какие-то имена, даты, топонимы, случайные обстоятельства... И зачем-то надо это тупо запомнить и пересказать на уроке. Как-то раз от отчаяния я вызубрил страницу про Пунические войны и получил заслуженную пятерку. В памяти осталось только, что этих войн было две, и что это было очень давно. И кажется, в Греции. С тех пор полученные из учебника сведения мне не пригодились ни разу и ни для какой цели.

Однако в общем и целом я помню, что основное содержание учебников — это в каком году какой король какой страны от кого родился, каким образом сел на трон, на ком женился, какие территории захватил или потерял... И опять ничего в памяти не осталось, кроме того, что во Франции было очень много Луёв (Людовиков). Еще там была революция.

Или вот, например, известный всем факт, что Америку открыл Колумб в 1492 году. А если бы ее открыл Альварес в 1485, что бы это для меня изменило? А для вас? И вообще для кого-то из современников? И зачем тогда это знать?

Зачем вообще нужны знания? Ну тогда уж начнем с того, что такое знания. Знания суть логически корректные выводы из достоверных фактов. А сами по себе факты знанием не являются. То, что Волга впадает в Каспийское море — факт. А вот то, что мы можем по Волге попасть в Каспийское море — знание. И это знание нам понадобится, если мы соберемся попадать в Каспийское море водным путем. То есть, знания нам нужны, когда мы собираемся что-то менять в своей жизни, в своем поведении, другими словами, строить планы.

Знания, полученные на уроках физики, химии, математики, мне неоднократно пригождались в жизни. Наверное, напрягшись, я смогу придумать какую-нибудь ситуацию, в которой мне пригодились бы обстоятельства завоевания чего-то кем-то, но это надо напрячься и придумывать. Да и то ничего, кроме викторины, в голову не идет.

С одной стороны я понимаю, что иной истории, кроме написанной придворными хроникерами, не сохранилось. С другой я могу понять мотивацию придворного хроникера, и даже мотивацию заказчика этих хроник, но мне-то оно к чему? Примерно как в случае с рекламой: в ней заинтересованы ровно два человека — заказчик и исполнитель. Тот, кто платит, и тот, кому платят. Все остальные относятся к рекламе с понятной брезгливой скукой. Но в случае с историей деньги уже давно заплачены, и заказчик и исполнитель давно умерли, то есть даже и этот толк уже весь вышел.

Возвращаясь к вопросу: что нам до Колумба и до даты открытия Америки? Единственный ФАКТ состоит в том, что новый континент был обнаружен по историческим меркам довольно поздно. И все. И обнаружен, заметьте, он был не королем, и даже не герцогом, и не министром, и отнюдь не при помощи командования войсками. Это было работой исследователя, и ее результат изменил жизнь множества людей, начиная с той самой поры и заканчивая современностью. А были и другие исследователи, достижениями которых мы пользуемся до сих пор. Некоторых из них даже проходят по истории. Путешественников, астрономов, физиков, но не очень многих.

И это удивительно. Если вспомнить имена ученых, на основе открытий и подвигов ума которых построен, например, современный водопровод, так ведь их много: Архимед, Герон, Бернулли, Паскаль... И когда мы хотим построить, например, душ в деревне, мы пользуемся их знаниями, пусть и опосредованно, выбирая диаметр трубы и способ герметизации. А кто правил их родинами в период их жизни? А фиг его знает... Не поможет оно нам душ построить.

Или ее более яркий пример: был такой древний еврей, у которого сегодня много последователей, несмотря на то, что он ничего не завоевал и на троне не сиживал. Он говорил интересные и нужные по сей день вещи. Все, наверное, вспомнят, что руководителем местной администрации в его время был Понтий Пилат, и то только потому, что он однажды поучаствовал в судьбе Иисуса. А кто был императором? Это уже вспомнят не все. Допустим, кто-то случайно в курсе, что Тиберий. А чем еще Тиберий известен, кроме того, что бы современником Христа? А фиг его знает. И какая разница. Существование христианства и элементы декларируемой христианской морали приходится учитывать даже атеистам и иноверцам, а династии римских императоров... Да Плутон с ними.

Ведь по сути, кто такой король? Первый в династии — это обычно бандит, установивший контроль над территорией, и передавший этот контроль дальше по наследству. Это только в кино король — весь такой из себя царственный и благородный, а если почитать свидетельства, то что ни царственная особа — то поганец и самодур. В отличие от того же Христа. А хоть бы и от Архимеда. Кстати, под каким царем Архимед жил? Или вот, известно, что его убил какой-то безымянный солдат. Что за война тогда случилась? Кто, с кем, по какому поводу воевал? Какие главные сражения этой войны были? Как войска стояли? Да без разницы. Главное событие этой войны — смерть Архимеда.

Или вот Пушкин. Все русские (русскоязычные) знают Пушкина. А какие там цари царствовали? Это даже подсказка: больше одного. А за что его в ссылку отправили? А? Вот то-то. И Архимед, и Иисус, и Пушкин нам известны потому, что после них остались непреходящие научные и культурные ценности. А после царей что осталось? Ну выступил царь войной против соседа, ну угробил кучу людей, ну приобрел или потерял какой-то клок земли, так там что, другие люди стали жить? Налоги жителей этой земли стали поступать не в те карманы, что раньше, и что? Ведь даже им самим, жителям, было безразлично, кто был выгодоприобретателем налогообложения, а нам-то вообще что? Что нам от тех царей ценного и полезного осталось?

С интересом читал, как Эратосфен черт знает когда при помощи двух палок определил (довольно точно) радиус Земли. Это я понимаю, это подвиг, подвиг ума. Метод триангуляции до сих пор используется в разных областях, научных и технических. Ключевое слово, между прочим «используется». Или, например, опыты Физо и Фуко по определению скорости света в домашних (на Земле) условиях. Изящно, остроумно, еще где-нибудь применимо. Это, впрочем, имена, уже неизвестные обывателю, в школах, кажется, не проходят. А если и проходят, то на физике, где не до личностей. Вот еще одно имя, которое не проходят: Игнац Земмельвейс. Не стану рассказывать здесь, чем он поразил меня, захотите — погуглите и почитаете. Но к нынешнему времени счет людей, которых он спас своим открытием, пошел уже, наверное, не на сотни миллионов, а на миллиарды. И судьба его была жестока. Куда там какому-нибудь опальному королю, которому быстро отрубили голову. И жестока была его судьба именно из-за того, что он порывался спасать людей. Вот кого надо проходить в школах. Чтобы каждый раз, когда вы приходите с улицы и берете кусок мыла, чтобы вымыть руки, вы вспоминали этого великого человека.

Вот, слово прозвучало. Всякие правители и политики — не великие, независимо от того, сколько и чего они завоевали, и как бы их ни восхваляли их придворные и прямые потомки. А великие — творцы, ученые, исследователи, первооткрыватели, просветители, нашедшие и создавшие то, чем мы до сих пор пользуемся. В основном даже не вспоминая имен. А иногда называя имя, но не зная даже, что это имя. Вот одно, например: Рудольф Дизель. Поняли, да?

И вся НАСТОЯЩАЯ история — это история открытий и творений. И вот она как раз логична и последовательна, потому что каждое изобретение основывается на предыдущих, и от какого-нибудь древнего естествоиспытателя несложно потянуть историческую нить к какому-нибудь гаджету или способу, применяемому нами каждый день. И каждое произведение искусства построено на тех, что были до него.

И если, например, обыватель, недоумевающий по поводу «Черного квадрата» Малевича потрудится ознакомиться с модернизмом, кубизмом, супрематизмом, книгой Кандинского «Точка и линия на плоскости», и предыдущими работами Малевича, то он поймет, что «Черного квадрата» не могло не быть, он непременно должен был появиться. Равно как и менее известные красный и белый.

Если бы я сообразил это раньше, написание такой истории, истории идей, могло бы стать делом моей жизни. Достойным делом, полезным, а не, скажем, построением политической карьеры. Впрочем, я все же достаточно разумен, чтобы и этим последним тоже не заниматься.

Официальная история — это история политики. Сведения же о политически событиях теряют актуальность стремительно. Кто из нас в состоянии понять реплику политически активного гражданина, «пикейного жилета» из «Золотого теленка»: «Бриан — это голова!» Кто такой Бриан? А фиг его знает. Можно выяснить, но зачем?

Я, конечно, несколько передергиваю. Но только несколько. Скажем, я недавно перечел замечательную, хотя и не бесспорную работу Александра Мирера «Этика Михаила Булгакова», в которой Мирер, анализируя роман «Мастер и Маргарита», обращается в том числе к разнообразным историческим событиям, источникам, без которых понимание книги оказывается неполным. Или, скажем, блистательная книга венгерского автора Лайоша Мештерхази «Загадка Прометея», в которой он анализирует на прискорбно бедном материале, как могла сложиться судьба Прометея после освобождения его Гераклом. Безумно интересно. Но: вне этих двух (ладно, трех) книг все упомянутые в них исторические события не несут мне никакой ценности и не имеют для меня никакого интереса. То есть они ценны только в той мере, в коей иллюстрируют по-настоящему ценные идеи. Идеи, господа!

Поэтому, читая Ильфа и Петрова, я найду время и силы ознакомиться с ситуацией в Советской России описываемого в тексте периода. То есть для понимания опять же идеи. А вне этой задачи оно мне не надо.

Резюме: королей, царей, императоров, ханов, шахов, султанов, президентов, министров, герцогов и так далее — великих не бывает. Бывают великие УМЫ и великие души, только и достойные упоминания в истории. А если кому-то из них случилось занять трон или кресло — так это технические детали. Скажем, обожаемый мной Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин был также вице-губернатором, Рязанским и Тверским. Но любим он мной не за это, и известен он не этим, и главные достижения его не в этом. Еще царя Соломона можно вспомнить, с его Экклезиастом.

А вот кстати. Говорят, что историки выяснили, что царей Соломона и Давида не было. Не осталось, понимаете, никаких следов ни от них самих, ни от их царств, и мест ни в истории, ни в географии, где они могли бы присутствовать, тоже не осталось. И что это меняет? А, собственно, ничего. Или вот вопрос: был Христос или не было его? А какая разница? Был человек, сказавший записанное в Евангелиях, и именно эти записи и есть причина того, что мы вообще знаем имя «Иисус Христос». Или ходят слухи, что две книги про Остапа Бендера написали вовсе не Ильф с Петровым. Ну, конечно, было бы справедливо установить истинного автора, но Остап Бендер уже давно самостоятельно существует в умах людей, наравне с Христом и Соломоном. А Козьмы Пруткова и Николя Бурбаки так и вообще не было. И что за беда? Идеи, господа, идеи. Только они.

Так вот, возвращаясь к мысли. Нормального человека, не историка, не сплетника, не романтика короны и мантии, политические сенсации прошлого интересовать не могут. Нет там ничего интересного. Родился в семье бандита, контролировал территорию, подрался с одним соседом, помирился с другим, оттяпал кусок земли, потерял другой, уморил толпу солдат, оскандалился там и сям... Мне что, с почтительным интересом изучать биографии и разборки бандитов 90-х и их убогих потомков? По аналогии? Вот еще...

И нет большой разницы, получается, идет речь о жизнеописании короля или о жизнеописании президента, или о жизнеописании вора. Могут быть, конечно, какие-то забавные эпизоды, но и все. И без разницы, как давно объект описания жил. В любом случае ПРИМЕНИТЬ эти сведения для пользы мы не можем. Ну, допустим, мы еще худо-бедно интересуемся относительно недавней историей нашей родины. Потому как это вроде в какой-то степени про нас. Но, как я уже заметил, политические события теряют важность стремительно, особенно имена. Вот, мы знаем имя текущего мэра Москвы. И имя предыдущего еще помним. А позапрошлого? А если да, то зачем? И даже знание фамилии президента никоим образом не может быть применено для какого-нибудь полезного дела. Ну скажите мне, как вы, в своей обычной жизни, можете использовать это удивительно ценное знание? Разве что жалобу написать на его имя... СМИ (средства манипуляции идиотами) нынче играют роль тех самых придворных хроникеров. Они живут в своей собственной информационной среде, и чисто манипулятивными средствами создают у обывателей иллюзию важности описываемых деталей жизни людей, с которыми мы не знакомы, и которые даже не подозревают о нашем с вами существовании.

Иногда манипуляции примитивны до наивности. Скажем, пишут: «Россия выступила с заявлением...» Россия выступила? Что, территория выступала? Нет. Население выступало? Тоже нет. А кто? Ах, начальство... Ну вы как бы собаку не путайте с ее блохами. Или вот мода именовать тех, кого нельзя называть ворами и мошенниками, «сенаторами». Сенатор — это член сената. Где они в России сенат-то нашли? Звучит лестно, понтово, тут не поспоришь, но понты какие-то казаческие — жестяные кружочки во всю грудь и нагайка из кожзама.

Я не спорю, что если фамилия у президента станет какая-нибудь другая, то что-нибудь изменится. Но, во-первых, совершенно не верю, чтобы это случилось в результате получения обывателями дубинкой по морде, а во-вторых, никогда заранее неизвестно, что и как изменится. Всегда есть и надежды и опасения, и всегда получается как-нибудь неожиданно.

Опять растекся мыслью. Так вот, поскольку СМИ манипулируют сознанием обывателя всю дорогу, они достигли в этом мерзком занятии удивительного мастерства. В соцсетях совершенно негангажированные обыватели делятся рассуждениями о каких-то посторонних лицах, доходя до споров, скандалов, и, подозреваю, даже до драк. Напоминаю: речь в спорах и скандалах идет о людях и событиях, знание о которых никак, никаким образом не изменит судьбу этих самых обывателей. Ну, положим, потратят они время и силы на написание и подписание петиции. Вы мне можете назвать хоть одну народную петицию, принятую и исполненную начальством? В крайнем случае, можно толпой выйти на улицу с протестом против чего-нибудь и получить дубинкой от ряженого гопника. Тут влияние на судьбу прямое, тут ничего не попишешь. И начальство позабавит, да. Ну, если ему доложат более подробно, чем «Этим опять в стойлах не сидится» - «Затруднения есть?» - «Никак нет».

Положим, я могу посидеть над источниками, и вычислить, сколько денег любимое начальство натырило из бюджета и даже у меня лично. И что? Что я буду с этими цифрами делать? Громогласно возмущаться? Идти на площадь с плакатом "Верни деньги"? И что, начальство этот плакат увидит? А если и увидит, то ведь даже фигу показать поленится.

Когда прошение было прочитано и закрестовано, то у всех словно отлегло от сердца. Запаковали бумагу в конверт, запечатали и сдали на почту.
— Ишь, поплелась! — говорили старики, следя за тройкой, уносившей их просьбу в неведомую даль, — теперь, атаманы-молодцы, терпеть нам не долго!
И действительно, в городе вновь сделалось тихо; глуповцы никаких новых бунтов не предпринимали, а сидели на завалинках и ждали. Когда же проезжие спрашивали: как дела? — то отвечали:
— Теперь наше дело верное! теперича мы, братец мой, бумагу подали!

© М.Е.С.-Щ. «История одного города»

Любят русские люди бунтовать! Встанут на колени перед барским домом и стоят, подлецы! И ведь знают, что бунтуют, и всё равно стоят!

Приписывается М.Е.С.-Щ.

"А вы, мерзавцы, думали, что вам комиссия поможет? - сказал полковник.- Ни хрена она вам не помогла! Ну, а теперь пусть каждая рота промарширует передо мною и пусть громогласно повторит то, что я сказал". И мы, рота за ротой, шагали, равнение направо, на полковника, рука на ремне ружья, и орали что есть мочи: "Мы, мерзавцы, думали, что нам эта комиссия поможет. Ни хрена она нам не помогла!" Господин полковник хохотал до упаду, прямо живот надорвал.

© Я.Гашек «Похождения бравого солдата Швейка»

Очень интересный процесс случается, когда обыватель эмигрирует. Он быстренько попадает под манипулятивное влияние другой структуры СМИ, и так же быстренько область его интересов смещается от фамилий русских к фамилиям турецким, американским или немецким, смотря по локации. Более того, меняется также и отношение к одним и тем же событиям.

Где-то прочёл удивление смешанной российско-украинской супружеской пары, которая ездит туда-сюда, по поводу того, что, несмотря на отсутствие ксенофобии и политической вовлеченности, их отношение к русским и украинцам меняется за пару недель в зависимости от того, на какой территории они находятся, какие новости смотрят по телевизору и с кем беседуют.

© Иоганн Сваммердам «Психология темной стороны силы»

Так что все поразительные и возмутительные политические сенсации, когда настоящий гражданин, истинный патриот, не имеет права стоять в стороне, а обязан как один встать и сделать какую-нибудь глупость — это все наносное, внешнее и случайное.

Но вот возьмем того же Игнаца Земмельвейса. Допустим, у него вместо исследовательского таланта проснулось бы гражданское самосознание, и пошел бы он получать дубинкой. Быть может, даже крепко получать, до инвалидности и тюремного заключения. Это что, оказалось бы ценнее, чем то, что он сделал на самом деле? Или пусть не так серьезно. Вот я тут ходил к замечательному стоматологу, мастеру своего дела. Волшебные руки, огромный опыт. Хотел бы я, чтобы его гражданское самосознание оказалось паче профессионализма? Чтобы он вместо работы над моим зубом пошел получать дубинкой по морде? Да ни в жисть!

Да, я понимаю, что огромная часть населения занимается на работе перекладыванием бумажек. Другая огромная часть населения занимается перепродажей чего-нибудь. Какая-то мизерная польза от этого есть. Наверное, неплохо, что я могу пойти пешком не в один супермаркет, как в какой-нибудь провинциальной деревне, а в целых восемь. Хотя, если честно, мне и одного бы хватило. И да, не вижу особой беды, если эти люди будут сочинять и подписывать петиции, скандалить в сети, получать дубинкой по морде... Но если этим заниматься станет стоматолог, а хоть бы и невролог, или окулист, а пусть даже и ветеринар, а также столяр, электрик и вообще любой человек, приносящий своей деятельностью зримую пользу, я буду против. А особенно буду против, если получать дубинкой по морде пойдет талантливый писатель, художник, ученый, музыкант. Не в этом его основная ценность. Идеи, господа, идеи! Нет, журналистам, попсятникам и уринотерапевтам — можно. Пусть. Я здесь лишь о тех, кто приносит пользу.

Когда-то, вскорости после моей эмиграции из Москвы в Петербург, я поделился с Николаем Ивановичем Козловым своей радостью от кормления уток на Фонтанке с Пантелеймоновского мостика. Это был один из двух раз, когда я наблюдал Никалая Ивановича рассерженным:
– Ты талант! Как ты можешь тратить свое время на такую ерунду! Ты очень много важного и полезного можешь сделать, а ты уточек! уточек кормишь!

Тогда я был несколько удивлен таким эмоциональным потоком, но сейчас, наблюдая, как хорошие люди спорят до хрипоты о том, голова Бриан или нет, и стоит ли класть ему палец в рот, испытываю сходные чувства.

Если ты способен на деятельность, имеющую результат, то ей и надо заниматься, а не играть роль лемминга-манипулянта, рядового строителя бесполезной истории политических склок, расходного материала в политических играх и войнах.

Dixi.

© Иоганн Сваммердам (Александр Лебедев)

Другие статьи на близкие темы

Комментарии

Нет комментариев.



Условия обработки персональных данных


Главная      Задать вопрос


Поделиться:

Воспроизведение всех текстов в сети разрешено при наличии активной ссылки на первоисточник в подписи