Психолог Александр Лебедев

Психологические причины агрессии в мировоззренческих обсуждениях


Я готовил это как тезисы к докладу, но доклад не состоялся. Некоторое время я собирался переделать текст в статью, но все руки не доходят. Поэтому просто выложу, а если получится из этого сделать что-то еще, то сделаю потом. Список литературы обрезал, извинте.

Известно, что религиозные диспуты, случается, переходят в ожесточенные споры, а то и в драки, а изредка даже в религиозные войны, причем в составе лю­дей, которые имеют отношение к религии не в качестве выгодоприобртетателей (те, к слову сказать, говорят аккуратнее и действуют тоньше), а не более, чем как последователи. Похо­жая, хоть и не настолько выраженная динамика может наблюдаться в политических дебатах и в столкновениях групп спортивных болельщиков.

Распространенность явления заставляет предположить, что оно обеспечивает­ся нормальными психологическими процессами.

Агрессия — одна из базовых эмоций, направленная на преодоление каких-либо препятствий к удовлетворению каких-либо потребностей[1]. Агрессия как правило направлена на представителей собственного вида, а потребности могут быть лишь те, которые в принципе свойственны этому виду. Скажем, человек не может испытывать потребности в долблении дупла или вылизывании хвоста.

Естественные потребности могут быть рассортированы разными образами. Для освещения рассматриваемого вопроса удобна следующая классификация [2]:

Базовые
Выживание:
Безопасность
Комфорт
Сила
Здоровье
Питание:
Сытость
Разнообразие меню
Накопление
Размножение:
Секс
Материнский инстинкт
Поиск лучшего партнера

Социальные

Потребность в группе
Потребность в принятии
Потребность в одобрении
Иерархические:
Стремление к доминированию
Забота о статусе (не обязательно связанном с доминированием)
Стремление унизить конкурента
Стремление к подчинению лидеру
Потребность в уважении
Поддержание группы:
Защита слабых
Взаимопомощь
Альтруизм
Распространение знаний (ценностей референтной группы)
Отстаивание правоты (стремление к чувству своей правоты)
Препятствование ошибкам окружающих
Предупреждение об опасности
Потребность в одобрении (благодарности)
Дифференциация свои/чужие:
Поиск общественного врага
Конформизм
Ксенофобия
Традиционализм
Ось "безопасность - прогресс":
Консерватизм
Реформаторство

Высшие

Познание мира:
Любопытство
Эстетизм
Творчество:
Изобретательство
Искусство

Легко видеть, что к процессу обмена информацией могут иметь отношение следующие потребности:

  • Исследование мира
  • Распространение знаний
  • Препятствование ошибкам других
  • Утверждение собственной правоты

Есть и некоторые другие, связь которых с рассматриваемой ситуацией станет ясна позже.
Видно, что первые две в меньшей степени привязаны к коммуникативным взаимодействиям, и могут даже вообще быть от них изолированы, то есть в пус­ковых механизмах этих потребностей отсутствует непременный контакт. Поэтому существует два категорически различных по интенциям вида обсу­ждений: дискуссия и полемика[3].

Дискуссия — это процесс выяснения истины.
Полемика — процесс выяснения, кто прав.

Правила, методики и приемы каждого из этих процессов различны и направ­лены на специфичные для них цели. В отличие от дискуссии, запускаемой напряженными обстоятельствами, тре­бующими прояснения, полемика психологически запускается одним из трех тригге­ров:

  1. Столкновение взаимоисключающих мнений, которое в свою очередь может иметь продолжением
  2. Наблюдение ошибки другого
  3. Сообщение об ошибке со стороны

Напоминаю, что потребность в полемике инстинктивна, поэтому любая из этих трех ситуаций, возникшая в дискуссии, стремится перевести обсуждение в форму полемики, и лишь достаточно культурные люди в состоянии от этого удер­жаться.

В животном и первобытном обществах речевые коммуникации развиты недо­статочно для информативного взаимодействия по поводу ошибочного или правиль­ного поведения, поэтому обычным способом взаимодействия в природе по этому поводу является принуждение к правильному поведению, группой или более доми­нантной особью, что является одной из форм негенетического сохранения инфор­мации в популяции.

<История про пять обезьян в клетке>
<История о подчинении общему мнению в эксперименте Аша> [4]

Поскольку принуждение в большой доле случаев по той же причине комму­никативной недостаточности оказывается физическим, то нормальная сопутствую­щая эмоция — агрессия, хотя бы в форме недовольства, раздражения, какое всем нам случалось испытывать при виде кого-то, совершающего ошибочные действия, пусть даже они нас лично и не касаются[5][6].

Одного этого эффекта было бы недостаточно для запуска конфликта.
Надо принять во внимание, что доминантная особь — более сильная, способ­ная физически принудить к правильному поведению, стоящая выше на иерархиче­ской лестнице, и, также, признаком правоты является разделение мнения консоли­дированной группой. Таким образом ошибающийся динамически опускается по иерархической лестнице вниз, а поправляющий носитель общего мнения по этой лестнице поднимается [7].

Поэтому утверждение правоты в полемике оказывается формой иерархиче­ской борьбы, а проигравший в полемике, чья ошибочность поведения доказана, воспринимает свое поражение как унижение. Это имеет еще и тот удивительный эффект, что некоторые формы указания на ошибку заставляют ошибающегося в ней упорствовать даже после того, как он сам эту ошибочность осознал.

То есть, указывая на ошибку, особь позиционирует себя выше по иерархии, и тут включаются механизмы и ритуалы иерархической борьбы, которые в природе и в первобытном обществе чаще всего исполняются в формате поединка. Это имеет смысл и в поиске правильного поведения тоже, так как старая, опытная, уважаемая особь с большей вероятностью лучше знает, как следует действовать, и закономер­но имеет больше возможностей для принуждения к правильному поведению[1].

Поэтому переход на личности, попытки возвысить себя и унизить оппонента являются надежным критерием отличия полемики от дискуссии, равно как и апел­ляция к авторитетам, а не к фактам[3].
Тем не менее, существование нескольких мнений по какому-нибудь поводу вполне допускается групповой динамикой, и тоже не может быть достаточным основанием для столь бурных и масштабных противостояний, как рассматривае­мые.

Здесь следует вернуться к тому, что нас интересуют именно мировоззренче­ские конфликты, и обратить внимание на то, что психологически монотеистические религии, в отличие от мистических представлений и политеистических структур, имеют в своей основе подчинение и поклонение ультимативному лидеру, доминан­те, выше которой никого быть не может, и не терпящей никакой конкуренции (см. первые 4 заповеди декалога).

Для вопроса важно, что подчинение лидеру является одним из важных при­знаков для дифференциации "свой-чужой", даже в большей степени, чем террито­риальная сообщность, язык и традиции[8]. Подчи­нение общему лидеру — не необходимый, а достаточный признак социальной общности, принадлежности к стае.

Одновременно некоторая сумма признаков "чужого" запускает механизм ксе­нофобии, то есть защитный механизм стайной, социальной безопасности, устране­ния особей, потребляющих те же ресурсы, но не работающих на пользу стае, популяции[9].

Так как ультимативный лидер, деус, един и несменяем, в определенной структуре личности, достаточно распространенной (см. статью "Христианская психология для психолога"), примирение с самой идеей о конкуренции (в случае иноверцев) или о несущественности (в случае атеизма) или с любой другой формой отказа в поклонении и уважении воспринимается как агрессивное посягательство на интересы стаи (общества), это примирение оказыва­ется невозможным[10].

Плюс к тому монотеист, как последователь ультимативного лидера, ощущает себя абсолютно защищенным, и даже более того, считая свои взгляды одобренны­ми этим ультимативным лидером, бесконечно авторитетным, не в состоянии допу­стить идею о собственной неправоте[11], отчего дискуссия с таким человеком вы­ливается в полемику неизбежно, причем в полемику неизбежно бесплодную.

Надо отметить, что, помимо защиты авторитета собственного лидера суще­ствует и не указанная в списке интенция борьбы с чужим лидером, что на пару с ин­тенциями утверждения правоты и препятствования ошибкам проявляется в поведе­нии антитеистов, активно отрицающих идею любого бога, в отличие от индифферентных атеистов .

Как следует из вышесказанного, столкновение непримиримых позиций по та­кому важному поводу естественным образом ведет к неуправляемой эскалации кон­фликта, а исключение оппонента из категории "свой" тем самым исключает его из морально-этических отношений (кои, как известно, эндемичны для референтной группы), и таким образом допускает по отношению к нему аморальное, жестокое и агрессивное поведение.

Так как описанные процессы хотя и неприятны, но нормальны и естествен­ны, то я не считаю возможным сформулировать предположения о коррекции соци­ально-психологических процессов, на этой основе базирующихся.

Как максимум могу сообщить о возможности коррекции персонального пове­дения в сторону приличествующего разумному человеку путем в первую очередь четкого различения полемики и дискуссии, во вторую — буквального следования канонам христианской религии, если вам случилось быть ее последователем, кото­рая категорически и безоговорочно запрещает не только агрессивное поведение, но даже и агрессивные помыслы, независимо ни от каких обстоятельств и поводов.

Комментарии

Нет комментариев.



Условия обработки персональных данных


© Александр Лебедев

Главная      Задать вопрос


Поделиться:

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru

Воспроизведение всех текстов в сети разрешено при наличии активной ссылки на первоисточник в подписи