Психолог Александр Лебедев

Субличности для психолога


Почему вообще у человека случается ситуация внутренней борьбы? Естественно, потому, что у него есть несколько различных потребностей, которые создают разные желания, и они могут конфликтовать, конкурировать между собой.

Поспать, поесть или влюбиться? Не такой смешной и не такой простой вопрос, если все эти потребности приблизительно в равной мере сильны. И хорошо, если вопрос стоит в такой позитивной форме. Гораздо хуже, когда существуют неприятные, вынужденные выборы. А бывает и так, что выбирать приходится между гадким и поганым.

За каждую потребность, каждое желание, каждую эмоцию отвечают разные зоны мозга. Было бы заманчиво так и рассматривать личность анатомически, но увы: личность – информационное образование. В сети расстояния измеряются не километрами, а пингами и хопами, и пакет может дойти от Москвы до Гамбурга быстрее и через меньшее количество узлов, чем до соседнего дома. Топология сети и география связаны достаточно слабо, и так же слабо структурно связаны анатомия мозга и человеческие мысли и эмоции. Неправильно было бы представлять себе что-то вроде городского района, где в доме №4 живет удивление, а в доме №6 – осторожность, а еще через дом - симпатия. Вернее было бы их вообразить в виде разных служб: электричество, вода, газ, телефон, интернет, отопление, телеантенна, пожарная сигнализация, да мало ли...

Они присутствуют везде, хотя и в разной степени, и способны взаимодействовать в зависимости не от того, как близко сошлись коммуникации, а от того, насколько они пересеклись административно (хотя да, случается и паразитное влияние). И в каждой службе есть управления, отделы, подстанции... Некоторые сервисы интегрированы между собой настолько плотно, что бывает трудно отделить один от другого. Другие сервисы формально независимы и изолированы, но прекрасно контачат неформальным образом. Скажем, сотрудники службы лифтов и электрики отменно взаимодействуют между собой (в хорошем, конечно, случае), хотя и подчиняются разным ведомствам.

Можно сказать, что некоторые системы удобнее выделять не географически, не физически и даже не административно, а функционально. Примерно такое же функциональное разделение построено и в мозгу. Есть координационный центр – сознание. Есть системы сбора информации – органы чувств. Есть двигательные системы. Есть системы охраны здоровья. Есть центры, управляющие поведением, задаваемым разными инстинктами, и их много. Некоторые из них достаточно сложны, настолько сложны, что имеют координационные центры, подобные сознанию, хотя сознание, конечно – самый центральный узел. Бывает, конечно, что они развиваются до такой степени, в которой способны с сознанием конкурировать, но мы не об исключениях, а о правиле.

Таких мощных, развитых систем у обычного человека может быть несколько, обычно от двух до семи, редко меньше или больше. Они называются субличностями из-за того, что их функционирование во многих случаях может быть описано, как поведение отдельной, пусть и несложной, личности. Это не значит, что оно только похоже на поведение, не являясь им; поведение сознания называется так тоже лишь потому, что может быть так описано.

Контакт между субличностями может быть разным: плотным или слабым, частым или редким, прямым или опосредованным (через знаки и символы). В традиционной модели считается, что чем субличности интегрированнее, тем оно лучше. Не могу сказать, что это всегда так, но в общем и целом – близко к истине.

Субличность, потерянная в дебрях информационной сети, если у нее остались средства управления целевой функцией, может создавать для всей личности неудобные ситуации. Если субличность, ведающая аппетитом, знает лишь то, что организм надо питать, и не знает больше ничего, то в любой момент, когда она решит, что надо заправиться, она будет посылать сигнал: «Жрать давай! Надо!» Поскольку функция, как я уже сказал, целевая, то есть закрепленная за этой субличностью, то сопротивляться этому сигналу бывает настолько трудно, что диетологи без работы не сидят.

Если субличность, ведающая безопасностью, не будет оглядываться на управляющие и ограничивающие сигналы других субличностей, то человек будет трусом. Изолированный «безопасник» будет накладывать вето на рискованные решения, и не будет никакой возможности обсудить с ним ситуацию .

Да, попытки заткнуть мешающий сигнал могут оказаться эффективными. Тогда забитая в темный угол субличность теряет контроль над целевой функцией, так нужной человеку, и вместо ожирения, например, мы неожиданно встречаемся с анорексией. А что бывает с бойцами, потерявшими страх, может вам рассказать любой ветеран.

Поэтому правильный, полезный путь – взаимодействие.

Существуют методы, позволяющие общаться с развитыми субличностями довольно подробно. По крайней мере один из них даже очень красив и остроумен, но технические вопросы имеет смысл рассматривать отдельно и не в формате статьи.

Комментарии

Нет комментариев.



Условия обработки персональных данных

© Александр Лебедев

Главная      Задать вопрос


Поделиться:

Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru

Воспроизведение всех текстов в сети разрешено при наличии активной ссылки на первоисточник в подписи